Кирилл Кривицкий - Страж Смерти. Первые шаги [Самиздат]

- Прошу учесть, что сгибаюсь под гнетом обстоятельств, - скривилась в улыбке Софья и одним глотком осушила содержимое сосуда, - Гадость!

- Умница, а теперь расслабься и получай удовольствие, - улыбнулась Ксения отбрасывая на кресло опустошенную тару. Глаза Софьи моментально закрылись, девушка погрузилась в сон. Ксения поправила положение тела в пентаграмме, взяла атам с костяной ручкой, пробормотала, осматривая ритуальное магическое орудие, - Не то, конечно, но пока не знаю, как сделать свой собственный, - усмехнулась воспоминаниям - А уж сколько времени потратили с Софкой, обшаривая Мурманск на предмет магазина ритуальных принадлежностей! Ладно, лирика в сторону.

Ксения отбросила все посторонние мысли, сосредоточилась на предстоящем ритуале, поднялась на ноги и сделала несколько медленных глубоких вздохов. Перестроила зрение и чуть не отшатнулась от яркого жемчужно белого сияния пентаграммы, аура Софьи начала стремительно блекнуть, отдавая силы на подпитку звезды заключенной в круг. Ксения удовлетворено кивнула, обхватила атам двумя руками, положила указательные пальцы на лезвие кинжала и пустила силу.

Действие вышло легко и просто, правда после нескончаемых тренировок, но результат был и далеко не самый плохой. Вороненая сталь чуть-чуть нагрелась, затем начала наливаться белым серебром, светясь все ярче и ярче. Ксения медленно, так чтобы не растерять концентрацию, опустилась на колени, так же медленно опустила атам вниз, касаясь круга кончиком кинжала.

Круг не замедлил отреагировать, в стороны от девушки медленно, сантиметр за сантиметром побежало белое серебро, постепенно заключая в себя пентаграмму. Ксения не отвлекалась, продолжая отдавать свою энергию, казалось, этому не будет конца, но постепенно вся пентаграмма полыхнула белым серебром, отчетливо сверкая во мраке комнаты.

Отложив атам в сторону, Ксения положила на грудь девушки березовую веточку, мельком бросила взгляд на свечи, стоящие в вершине каждого луча и фитили синхронно загорелись ровными рыжими язычками пламени. В тот же момент веточка ожила, начали стремительно набухать почки, секунда-другая и распустились небольшие листочки ярко-зеленого цвета, по комнате поплыл духмяный березовый аромат.

Ксения вновь взяла в руки атам и поочередно коснулась налившимся белым серебром кончиком кинжала каждой груди, оставляя маленькую серебряную отметину, затем коснулась лба. Каждая отметина выпустила жемчужный лучик, образовывая пирамиду, в тот же момент пламя свечей сменило окрас с оранжевого на зеленый, цвет молодой травы.

Ксения заворожено наблюдала за развивающимся перед ней действом, все, что надо было с ее стороны, она сделала, оставалось только ждать.

Из кончика жемчужной пирамиды к потолку устремилась туманная полупрозрачная лента, она медленно закручивалась в спираль, постепенно уплотняясь, пока не обрела плотность. В тот же миг по ленте заструились разноцветные руны, они словно стекали откуда-то из призрачного далека и медленно вливались прямо в пирамиду, на одно мгновение замирали в ее центре и плавно впитывались в грудь.

Ксения с восторгом следила как руны, проходя сквозь веточку, словно растворяли ее и уносили в тело бесчувственной девушки, веточка прямо на глазах становилась прозрачной и постепенно исчезала. Одновременно с этим, на правом предплечье Софьи начал проступать рисунок, сначала обозначилась коричневатая березовая ветка, словно несколько раз обернутая вокруг руки и переплетена между собой. Следом за веткой начали проступать небольшие листочки ярко-зеленого цвета, увеличивающиеся, а может и вырастающие на коже, прямо на глазах.

Как только ветка на груди исчезла, и закончил расти рисунок на предплечье, лента со стремительной скоростью втянулась. Пирамида истаяла, а пентаграмма, разделившись на два потока начала расставаться с вложенной в нее энергией. Один, окрасившись в чуть зеленоватый цвет, втянулся в тело Софьи, аура которой уплотнялась и наливалась все больше с каждым мгновением. Второй поток, тоненькой струйкой начал вливаться в ауру Ксении, возвращая заемную энергию.

Полыхнув последний раз, свечи моментально оплавились, а пентаграмма исчезла, Софья слабо пошевелилась и улыбнулась.

- Как себя чувствуешь? - поинтересовалась Ксения, помогая подруге подняться.

Качнувшись и ухватившись за плечо подруги, Софья ответила - На удивление хорошо, словно выспалась на несколько дней вперед.

- Прекрасно, ну а теперь вперед на кухню, - скомандовала Ксения и устремилась вперед, но Софья и не подумала послушаться. Оглянувшись, девушка увидела, как глаза Софьи медленно округляются, увеличиваясь в размерах, - Что?

Не отвечая, Софья ощупывала свои мочки ушей, затем пальцы пробежались по всей ушной раковине, секунду спустя девушка ощупывала ноздрю аккуратного носика, - Они заросли, - прошептала Софья, затравленно посмотрела подруге в глаза, - Ты понимаешь, они заросли!

- И чего такого? Новые проколешь, - пожала плечиками Ксения, хватая застывшую в ступоре девушку под руки и под конвоем повела на кухню.

- Да как ты не понимаешь, я эти-то только на спор проколола, а что теперь? Заново, что ли?!

Ксения остановилась, резко развернула подругу к себе лицом, криво усмехнувшись, отвесила ей несильную, но чувствительную пощечину.

- Дура, эти отверстия не предусмотрены природой, так что просто плюнь, разотри и выкинь! А если хочешь такой дурью маяться и дальше, можешь со мной поспорить, а если нет, сама, ржавой вилкой проколю!

- Но как же?! - пролепетала Софья, Ксения не говоря ни слова, отвесила ей подзатыльник, только зубы клацнули, - Усекла! - вывернулась из-под руки подруги Софья, - Только без теловредительства!

- Угу, пошли на кухню, только срам прикрой, - усмехнулась Ксения, подавая подруге халат.

***

Шесть тридцать утра, на улице темно как ночью, как всегда в это время за полярным кругом, морозно. На небе ни облачка, светит месяц в сопровождении своих постоянных спутниц - редких звезд.

Возле здания СИЗО по-утреннему малый поток автомобилей, спешащих довезти до места работы своих еще не до конца проснувшихся хозяев. Желтый свет фонарей вдоль улиц с трудом разгонял мрак утра, ему помогал свет ярких прожекторов установленных над серым мрачным строением, сложенным из силикатного кирпича. Вся территория была огорожена высоким железным забором темно-зеленого цвета, на всем его протяжении, по самому верху тянулась колючая проволока. В прямой видимости друг от друга располагались вышки с охранниками, вооруженными автоматами, по всему внутреннему периметру бесновались здоровенные собаки, настолько злые, что их запирают в длинный вольер и кормят, не заходя к ним, до самой их смерти.